суббота, 2 января 2010 г.
природа в скандинавской мифологии
Днём Бьёрн Рыжий Хвост встречает Тора, путешествующего на своей колеснице. Воин просит помощи у бога, так как слышал ночью шёпот троллей неподалёку в пещере о скором нападении на поселенцев Фьорда. Тор обещает помочь в обмен на одну услугу в будущем.
На сайт добавлены новые исландские и древнеисландские тексты
Здесь вы найдете перевод исландской рунической поэмы.
Древнеисландский текст саги о Виглунде и её исландский вариант Víglundar saga.
Сага о людях со Светлого Озера (Ljósvetninga saga) — исландский текст, на русский язык сага не переводилась.
Древнеисландский текст саги о Виглунде и её исландский вариант Víglundar saga.
Сага о людях со Светлого Озера (Ljósvetninga saga) — исландский текст, на русский язык сага не переводилась.
Северная мифология
Северная мифология (точнее — скандинавская) — представляет самостоятельную и богато развившуюся ветвь германской мифологии, которая, в свою очередь, в основных чертах восходит к древнейшей праиндоевропейской истории.
Еще недавно в науке господствовал взгляд, что почти вся скандинавская мифологическая система, выразившаяся, например, в песнях Старшей и рассказах Младшей Эдды, может и должна считаться общегерманской. Такого взгляда держался основатель германской мифологии как науки Яков Гримм; за ним пошли Вольф, Зимрок и другие, искавшие в немецких народных сказках, суевериях и т. п. подтверждения своим выводам. В настоящее время, однако, эта точка зрения может считаться опровергнутой. Сильно поколеблено также доверие к выводам так называемой сравнительной мифологии (А. Кун, Макс Мюллер), которая, пользуясь методом, выработанным на почве сравнительного языкознания, видела почти во всех германских мифологических образах отражение праиндоевропейского мифа, в наиболее чистой форме сохранившегося в мифах ведических. Выводы этой школы, не оставляя почти никакого простора мифологическому творчеству обособленных народов, предполагают для индоевропейского пранарода такую высокую степень культурного развития, какой он не имел и иметь не мог. За последние десятилетия поэтому все сильнее выдвигается необходимость строго исторического изучения германской мифологии, исходящего из критики источников и пытающегося выяснить постепенный рост и осложнение мифологических представлений в пределах германского только мира. Работа в этом направлении не замедлила дать несколько весьма ценных, теперь уже общепризнанных в науке результатов, определяющих, между прочим, отношение С. мифологии к общегерманской. При оценке этого отношения нужно иметь в виду, что скандинавские источники, очень богатые по содержанию и представляющие широко развитую, детально разработанную систему, все сравнительно позднего происхождения: ни одна из песен так называемой Старшей Эдды не восходит ко времени более древнему, чем IX век. Эпоха викингов (IΧ—Χ вв.), обозначающая собою перелом в культурной жизни Севера вообще, произвела глубокий переворот и в религиозной жизни скандинавских народностей, широко раскрыв доступ к ним воздействию извне.
Воздействию между прочим и христианскому, шедшему, с одной стороны, из Северной Германии, с другой, и притом главным образом, — из Англии и Ирландии. Под сильным влиянием этих воздействий языческая Скандинавия находилась до самого введения христианства (ΧΙ в.); целый ряд мифологических образов и рассказов — например, мифы о Рагнарёке, т. е. гибели богов — возник именно в эту пору, когда придворные певцы-скальды, к которым перешла первенствующая роль в поэзии Севера, свободно распоряжались унаследованным мифическим материалом, как материалом литературным; они внесли в него новое освещение и понимание мифа, под влиянием изменившихся культурных условий создавая новые образы богов, видоизменяя их взаимоотношения, произвольно комбинируя их между собою. Такое свободное отношение к мифическому преданию было тем более возможно, что вера в древних богов в это время была уже сильно подорвана. Литературная обработка мифологического материала продолжалась и после принятия христианства, по крайней мере в Исландии, где своеобразные культурные условия охраняли древние предания от преследований со стороны христианской церкви; но предания эти подверглись здесь еще большим искажениям, пока наконец не были приведены в систему христианским ученым Снорри Стурлусоном (1178 — 1241), автором так называемой Младшей Эдды, первая часть которой представляет не что иное, как учебник мифологии для скальдов. Насколько сильно здесь было влияние чуждых начал, явствует, например, из того, что устанавливаются 12 высших божеств в параллель к 12 олимпийским богам. Сохранившись почти только в подобных поздних пересказах и обработках, скандинавский мифологический материал подлежит тщательной критической разработке; лишь по очистке его от поздних наслоений его можно привлекать к разъяснению вопросов общегерманской мифологии. В критике северной мифологии некоторые ученые (Банг, Бугге, Мейер) зашли слишком далеко, усматривая во многих скандинавских мифах лишь своеобразные обработки мотивов средневековых христианских легенд, отчасти греческих и римских мифов, проникших в Скандинавию в позднюю языческую и раннюю христианскую пору, главным образом из Англии и Ирландии, отчасти из Франции и Италии. По мнению этих ученых, история Бальдра отражает в себе историю Христа в связи с преданием о смерти Ахилла; бог Локи — не что иное как средневековый Люцифер, перенявший крылатые сандалии от Меркурия; на Tope отразились некоторые предания о Геракле; космогонические мифы, выразившиеся в Вещании Вёльвы (Вёлоспо, первой песне Старшей Эдды), сложились в позднюю пору из элементов, сохраняющих черты вавилонской космологии, и т.п. На крайности в подобных воззрениях и на ненадежность научных приемов, при помощи которых они возникли, указали, между прочим, А. Н. Веселовский, Ф. Ионсон, Водсков и др. Более надежные точки опоры дает материал немецкий и англосаксонский. Более бедный по объему и содержанию, он отчасти гораздо древнее скандинавского и в большинстве случаев передает германские народные верования непосредственно, т. е. в форме, не затемненной позднейшею литературною обработкой. Главные источники его: сочинения римских и греческих историков (начиная уже с Юлия Цезаря); жития святых; распоряжения правительств и церкви, направленные против остатков языческих обычаев и суеверий; народные предания, сказки и обряды, отчасти сохранившиеся до настоящего времени. На изучении этого материала сосредоточивается научная работа в настоящее время. Оказалось, что о стройной, детально разработанной мифологической системе общегерманской не может быть речи. Лишь четыре божества несомненно принадлежат прагерманской поре, т. е. известны почти всем германцам, а именно: бог неба и света Tiwaz (сканд. Туr, нем. Zîo), бог грозы Thonaraz (сканд. Thòrr, нем. Donar), бог ветра Wôdanaz (сканд. Odhinn, нем. Wuotan), богиня земли и плодородия Frîja (сканд. Frigg, нем. Frîja). Но относительное значение их в разных областях германского мира различно; их культы развиваются независимо друг от друга в пределах областных амфиктионий — вроде греческих, — выдвигающих на первый план то одно, то другое божество. Развившись в одной области, культ божества мог затем перейти и в другие. Ярким примером такого перехода может служить история распространения культа Водана (Вотана, Одина), произведшего в религиозной жизни древнего германства — по крайней мере скандинавского — целую революцию. Древнейшее божество германского Олимпа — Tîwaz (Туr, Zîo), имя которого фонетически совпадает с инд. Dyâus, грeч. Ζεύς, лат. Jupiter, от корня div — блистать, сверкать. Еще в первые века нашей эры он почти у всех германцев считается верховным божеством, хотя из бога неба он в силу культурных условий, вероятно, уже успел превратиться в бога войны, каковым и остается до конца. Название вторника, заимствованное германцами у римлян (dies Martis, mardi), переводится через "день Тива" (сканд. Týsdagr; ср. англ. Tuesday, нем. диалект. Zîstig, литерат. Dienstag). Родоначальники немецких племен ингвеонов, иствеонов и эрминонов (Тацит) получили свои имена, вероятно, от прозвищ того же божества. Дальнейшее развитие его в разных направлениях следует усматривать в богах Бальдре, Фрейе (Freyr), Хеймдалле (Heimdallr), Форсети и др., ставших в Скандинавии рядом с Туr'ом после того, как последний был отодвинут на задний план. В древнейшее время культ Тива особенно процветал на материке у суебов-семнонов (Тацит, Германия гл. 39), позднее в Скандинавии, под видом Фрейя — в Упсале, в Швеции. Древнейшее национальное божество Скандинавии — бог грозы Thоrr (нем. Donar), который по своим функциям ближе всего подходил к греч. Зевсу, лат. Юпитеру (четверг — dies Jovis, jeudi — сканд. Thorsdagr, англ. thursday, нем. Donnerstag). В Норвегии он считался верховным божеством, покровителем и защитником человека во всех его начинаниях; таким он перешел и в Исландию. Он лишь отчасти был вытеснен впоследствии Воданом, культ которого в древнейшую пору был сосредоточен на Нижнем Рейне; у франков. Водан имел первоначально лишь ограниченное значение бога ветров и отождествляется с римским Меркурием (среда — dies Mercuru, mercredi — сканд. 'Odhinsdagr, англ. Wednesday). По мере того как выдвигались прирейнские франки, на которых впервые и наиболее сильно сказалось влияние высшей римской культуры, развиваются и расширяются представления о их национальном боге Водане, который становится теперь носителем и выразителем высшего духовного развития, шедшего с юга. В этом новом освещении он переходит к лангобардам на Эльбе, к саксам, датчанам, наконец, в Швецию и Скандинавию вообще, где он сразу занимает первенствующее положение верховного божества — но только в глазах высших слоев общества, а не народа. Низшие классы продолжают по-прежнему поклоняться главным образом Тору и Фрейю; высшее сословие устами своих певцов-скальдов прославляет Одина, как властителя вселенной, отца богов, вершителя судеб, бога неба и солнца, мудрости и поэзии, носителя и представителя высших духовных и нравственных начал. Когда, уже в христианскую пору, мифологические представления древних приводятся в систему, Один естественно становится центром последней; вокруг него группируются, подчиняясь ему, все остальные божества, как его братья, сыновья и дочери. Это же позднее развитие привело на севере к раздвоению богов на два рода: асов (Один и его потомки) и ванов (Ньорд, Фрейр, Фрейя); слагаются сказания об их борьбе, о гибели богов и т.д.
Еще недавно в науке господствовал взгляд, что почти вся скандинавская мифологическая система, выразившаяся, например, в песнях Старшей и рассказах Младшей Эдды, может и должна считаться общегерманской. Такого взгляда держался основатель германской мифологии как науки Яков Гримм; за ним пошли Вольф, Зимрок и другие, искавшие в немецких народных сказках, суевериях и т. п. подтверждения своим выводам. В настоящее время, однако, эта точка зрения может считаться опровергнутой. Сильно поколеблено также доверие к выводам так называемой сравнительной мифологии (А. Кун, Макс Мюллер), которая, пользуясь методом, выработанным на почве сравнительного языкознания, видела почти во всех германских мифологических образах отражение праиндоевропейского мифа, в наиболее чистой форме сохранившегося в мифах ведических. Выводы этой школы, не оставляя почти никакого простора мифологическому творчеству обособленных народов, предполагают для индоевропейского пранарода такую высокую степень культурного развития, какой он не имел и иметь не мог. За последние десятилетия поэтому все сильнее выдвигается необходимость строго исторического изучения германской мифологии, исходящего из критики источников и пытающегося выяснить постепенный рост и осложнение мифологических представлений в пределах германского только мира. Работа в этом направлении не замедлила дать несколько весьма ценных, теперь уже общепризнанных в науке результатов, определяющих, между прочим, отношение С. мифологии к общегерманской. При оценке этого отношения нужно иметь в виду, что скандинавские источники, очень богатые по содержанию и представляющие широко развитую, детально разработанную систему, все сравнительно позднего происхождения: ни одна из песен так называемой Старшей Эдды не восходит ко времени более древнему, чем IX век. Эпоха викингов (IΧ—Χ вв.), обозначающая собою перелом в культурной жизни Севера вообще, произвела глубокий переворот и в религиозной жизни скандинавских народностей, широко раскрыв доступ к ним воздействию извне.
Воздействию между прочим и христианскому, шедшему, с одной стороны, из Северной Германии, с другой, и притом главным образом, — из Англии и Ирландии. Под сильным влиянием этих воздействий языческая Скандинавия находилась до самого введения христианства (ΧΙ в.); целый ряд мифологических образов и рассказов — например, мифы о Рагнарёке, т. е. гибели богов — возник именно в эту пору, когда придворные певцы-скальды, к которым перешла первенствующая роль в поэзии Севера, свободно распоряжались унаследованным мифическим материалом, как материалом литературным; они внесли в него новое освещение и понимание мифа, под влиянием изменившихся культурных условий создавая новые образы богов, видоизменяя их взаимоотношения, произвольно комбинируя их между собою. Такое свободное отношение к мифическому преданию было тем более возможно, что вера в древних богов в это время была уже сильно подорвана. Литературная обработка мифологического материала продолжалась и после принятия христианства, по крайней мере в Исландии, где своеобразные культурные условия охраняли древние предания от преследований со стороны христианской церкви; но предания эти подверглись здесь еще большим искажениям, пока наконец не были приведены в систему христианским ученым Снорри Стурлусоном (1178 — 1241), автором так называемой Младшей Эдды, первая часть которой представляет не что иное, как учебник мифологии для скальдов. Насколько сильно здесь было влияние чуждых начал, явствует, например, из того, что устанавливаются 12 высших божеств в параллель к 12 олимпийским богам. Сохранившись почти только в подобных поздних пересказах и обработках, скандинавский мифологический материал подлежит тщательной критической разработке; лишь по очистке его от поздних наслоений его можно привлекать к разъяснению вопросов общегерманской мифологии. В критике северной мифологии некоторые ученые (Банг, Бугге, Мейер) зашли слишком далеко, усматривая во многих скандинавских мифах лишь своеобразные обработки мотивов средневековых христианских легенд, отчасти греческих и римских мифов, проникших в Скандинавию в позднюю языческую и раннюю христианскую пору, главным образом из Англии и Ирландии, отчасти из Франции и Италии. По мнению этих ученых, история Бальдра отражает в себе историю Христа в связи с преданием о смерти Ахилла; бог Локи — не что иное как средневековый Люцифер, перенявший крылатые сандалии от Меркурия; на Tope отразились некоторые предания о Геракле; космогонические мифы, выразившиеся в Вещании Вёльвы (Вёлоспо, первой песне Старшей Эдды), сложились в позднюю пору из элементов, сохраняющих черты вавилонской космологии, и т.п. На крайности в подобных воззрениях и на ненадежность научных приемов, при помощи которых они возникли, указали, между прочим, А. Н. Веселовский, Ф. Ионсон, Водсков и др. Более надежные точки опоры дает материал немецкий и англосаксонский. Более бедный по объему и содержанию, он отчасти гораздо древнее скандинавского и в большинстве случаев передает германские народные верования непосредственно, т. е. в форме, не затемненной позднейшею литературною обработкой. Главные источники его: сочинения римских и греческих историков (начиная уже с Юлия Цезаря); жития святых; распоряжения правительств и церкви, направленные против остатков языческих обычаев и суеверий; народные предания, сказки и обряды, отчасти сохранившиеся до настоящего времени. На изучении этого материала сосредоточивается научная работа в настоящее время. Оказалось, что о стройной, детально разработанной мифологической системе общегерманской не может быть речи. Лишь четыре божества несомненно принадлежат прагерманской поре, т. е. известны почти всем германцам, а именно: бог неба и света Tiwaz (сканд. Туr, нем. Zîo), бог грозы Thonaraz (сканд. Thòrr, нем. Donar), бог ветра Wôdanaz (сканд. Odhinn, нем. Wuotan), богиня земли и плодородия Frîja (сканд. Frigg, нем. Frîja). Но относительное значение их в разных областях германского мира различно; их культы развиваются независимо друг от друга в пределах областных амфиктионий — вроде греческих, — выдвигающих на первый план то одно, то другое божество. Развившись в одной области, культ божества мог затем перейти и в другие. Ярким примером такого перехода может служить история распространения культа Водана (Вотана, Одина), произведшего в религиозной жизни древнего германства — по крайней мере скандинавского — целую революцию. Древнейшее божество германского Олимпа — Tîwaz (Туr, Zîo), имя которого фонетически совпадает с инд. Dyâus, грeч. Ζεύς, лат. Jupiter, от корня div — блистать, сверкать. Еще в первые века нашей эры он почти у всех германцев считается верховным божеством, хотя из бога неба он в силу культурных условий, вероятно, уже успел превратиться в бога войны, каковым и остается до конца. Название вторника, заимствованное германцами у римлян (dies Martis, mardi), переводится через "день Тива" (сканд. Týsdagr; ср. англ. Tuesday, нем. диалект. Zîstig, литерат. Dienstag). Родоначальники немецких племен ингвеонов, иствеонов и эрминонов (Тацит) получили свои имена, вероятно, от прозвищ того же божества. Дальнейшее развитие его в разных направлениях следует усматривать в богах Бальдре, Фрейе (Freyr), Хеймдалле (Heimdallr), Форсети и др., ставших в Скандинавии рядом с Туr'ом после того, как последний был отодвинут на задний план. В древнейшее время культ Тива особенно процветал на материке у суебов-семнонов (Тацит, Германия гл. 39), позднее в Скандинавии, под видом Фрейя — в Упсале, в Швеции. Древнейшее национальное божество Скандинавии — бог грозы Thоrr (нем. Donar), который по своим функциям ближе всего подходил к греч. Зевсу, лат. Юпитеру (четверг — dies Jovis, jeudi — сканд. Thorsdagr, англ. thursday, нем. Donnerstag). В Норвегии он считался верховным божеством, покровителем и защитником человека во всех его начинаниях; таким он перешел и в Исландию. Он лишь отчасти был вытеснен впоследствии Воданом, культ которого в древнейшую пору был сосредоточен на Нижнем Рейне; у франков. Водан имел первоначально лишь ограниченное значение бога ветров и отождествляется с римским Меркурием (среда — dies Mercuru, mercredi — сканд. 'Odhinsdagr, англ. Wednesday). По мере того как выдвигались прирейнские франки, на которых впервые и наиболее сильно сказалось влияние высшей римской культуры, развиваются и расширяются представления о их национальном боге Водане, который становится теперь носителем и выразителем высшего духовного развития, шедшего с юга. В этом новом освещении он переходит к лангобардам на Эльбе, к саксам, датчанам, наконец, в Швецию и Скандинавию вообще, где он сразу занимает первенствующее положение верховного божества — но только в глазах высших слоев общества, а не народа. Низшие классы продолжают по-прежнему поклоняться главным образом Тору и Фрейю; высшее сословие устами своих певцов-скальдов прославляет Одина, как властителя вселенной, отца богов, вершителя судеб, бога неба и солнца, мудрости и поэзии, носителя и представителя высших духовных и нравственных начал. Когда, уже в христианскую пору, мифологические представления древних приводятся в систему, Один естественно становится центром последней; вокруг него группируются, подчиняясь ему, все остальные божества, как его братья, сыновья и дочери. Это же позднее развитие привело на севере к раздвоению богов на два рода: асов (Один и его потомки) и ванов (Ньорд, Фрейр, Фрейя); слагаются сказания об их борьбе, о гибели богов и т.д.
Образы богов в скандинавских мифологических текстах
Скандинавская мифологическая традиция, зафиксированная в 13 веке, дает нам довольно полный перечень богов, хорошо отождествляющихся с аналогичными образами параллельных мифологических традиций. Вместе с тем, специфика данной мифологии проявляется в чрезвычайном разрастании образа Героя и несколько "новеллистическим" подходом к изложению многих мифов.
Бог Ясного Неба (законодательная функция) – это Тюр. По древнегермански его имя звучало "Тиу", что соответствует греческому Зевс, индийскому Дьяус, балтскому Диевас, славянскому Дий, хеттскому Тиват, этрусскому Тин, галльскому Тевтат. Однако Тюр (подобно своему ирландскому двойнику Нуаду) не трактуется в литературных источниках как небесный бог. Он сохранил (да и то не полностью) роль покровителя племенного коллектива. Поскольку у древних германцев полноправным членом племени был мужчина-воин, Тюр приобрел дополнительную функцию бога войны. Он являлся также покровителем воинского права, связанного с судебными тяжбами на тинге (собрании членов племени).
Богом Грома, осуществляющим силовую функцию, в скандинавской мифологии, безусловно, является Тор. Ему соответствует древнегерманский Донар. В обеих эддах Тор ведет себя как могучий богатырь, борец с великанами и чудовищами, противник Мирового Змея. Обращает на себя его дружественное отношение к людям, что не совсем типично для Громовержца.
Богом Земных Сил у скандинавских народов был Фрейр, олицетворявший растительность, урожай, богатство, мир. Его изображения несли черты фаллического культа. В древности Фрейр был очень значительным божеством, однако, в “Эдде” он не играет самостоятельной роли. Многие характеристики Бога Земных Сил вобрал в себя Один, что подтверждается на примере сравнения с кельтской традицией. Известнейший эпитет Одина – “Всеотец” соответствует прозвищу Дагда – “Отец всех”. Цернунн окружен зверями. Один также, согласно “Эдде” связан с животными: конем, оленями, воронами. Эзусу посвящались жертвы, повешенные на дереве. Один также принимал подобные жертвы, но он пошел дальше и сам себя принес в жертву “себе же”, провисев девять дней и ночей на Мировом Ясене. У Фрейра остались лишь рудиментарные черты: упоминание о том, как он убил оленьим рогом великана Бели (ср. историю с Мерлином), а также статуэтка Фрейра из Реллинге (Rellinge) – безрогая, но со скрещенными ногами (в позе Цернунна) и с большим фаллосом (ил. 25.).
Верховное положение в скандинавском пантеоне занял Культурный Герой – Один
Фанталов Алексей
Взято с сайта http://mythology.newmail.ru
Бог Ясного Неба (законодательная функция) – это Тюр. По древнегермански его имя звучало "Тиу", что соответствует греческому Зевс, индийскому Дьяус, балтскому Диевас, славянскому Дий, хеттскому Тиват, этрусскому Тин, галльскому Тевтат. Однако Тюр (подобно своему ирландскому двойнику Нуаду) не трактуется в литературных источниках как небесный бог. Он сохранил (да и то не полностью) роль покровителя племенного коллектива. Поскольку у древних германцев полноправным членом племени был мужчина-воин, Тюр приобрел дополнительную функцию бога войны. Он являлся также покровителем воинского права, связанного с судебными тяжбами на тинге (собрании членов племени).
Богом Грома, осуществляющим силовую функцию, в скандинавской мифологии, безусловно, является Тор. Ему соответствует древнегерманский Донар. В обеих эддах Тор ведет себя как могучий богатырь, борец с великанами и чудовищами, противник Мирового Змея. Обращает на себя его дружественное отношение к людям, что не совсем типично для Громовержца.
Богом Земных Сил у скандинавских народов был Фрейр, олицетворявший растительность, урожай, богатство, мир. Его изображения несли черты фаллического культа. В древности Фрейр был очень значительным божеством, однако, в “Эдде” он не играет самостоятельной роли. Многие характеристики Бога Земных Сил вобрал в себя Один, что подтверждается на примере сравнения с кельтской традицией. Известнейший эпитет Одина – “Всеотец” соответствует прозвищу Дагда – “Отец всех”. Цернунн окружен зверями. Один также, согласно “Эдде” связан с животными: конем, оленями, воронами. Эзусу посвящались жертвы, повешенные на дереве. Один также принимал подобные жертвы, но он пошел дальше и сам себя принес в жертву “себе же”, провисев девять дней и ночей на Мировом Ясене. У Фрейра остались лишь рудиментарные черты: упоминание о том, как он убил оленьим рогом великана Бели (ср. историю с Мерлином), а также статуэтка Фрейра из Реллинге (Rellinge) – безрогая, но со скрещенными ногами (в позе Цернунна) и с большим фаллосом (ил. 25.).
Верховное положение в скандинавском пантеоне занял Культурный Герой – Один
Фанталов Алексей
Взято с сайта http://mythology.newmail.ru
История и мифология германо-скандинавов
Германцы в истории появляются значительно позже кельтов. Собственно, само это название римляне начали употреблять с 1 века до н. э. Одним из первых проявлений “германского духа” стали деяния кимвров и тевтонов (правда, они, возможно, принадлежали к народам, промежуточным между кельтами и германцами). Кимвры и тевтоны стремились установить контроль над Кельтикой, но в конце концов были истреблены римлянами. Та же участь постигла германского вождя Ариовиста, разгромленного Цезарем. Мощь Рима росла и в 10 г. до н. э. Друз и Тиберий оккупировали земли между Рейном и Эльбой. Ответом стало создание “державы” маркоманнского короля Маробода (она охватывала территории нынешних Польши, Чехии и Восточной Германии, численность воинов Маробода достигала 70 тысяч) и восстание вождя херусков Арминия, уничтожившего в Тевтобургском лесу три легиона Квинтилия Вара. Карательные экспедиции римлян, в общем, не достигли цели. Отлаженная машина римской регулярной армии в конечном итоге оказалась бессильной Германцы доказали, что если у народа есть воля к борьбе, он в состоянии сохранить независимость.
Однако, германские племена не желали покоряться и собственным королям. Арминий погиб в междоусобице, а Маробод был изгнан. На два с половиной века между империей и Свободной Германией установилось равновесие сил, прерываемое, конечно, конфликтами.
Новая эпоха наступила в середине 3 в. н. э. – так называемое Великое переселение народов. Рим находился в состоянии политического коллапса, а среди германцев появились молодые агрессивные народы, которых Л. Гумилев считал порождением пассионарного толчка: алеманны, готы и франки. Последним двум было суждено большое будущее. Согласно готскому историку 6 века Иордану, остготы, вестготы и вандалы происходили из Южной Скандинавии. Они высадились в устье Вислы и постепенно продвинулись до Черного моря. Затем готы, использовав боспорские корабли, разграбили Элладу и побережье Малой Азии. В 4 веке, на территории Восточной Европы существовала обширная держава Эрманариха. Однако готы не поладили со многими местными этносами (за исключением аланов) и были изгнаны гуннами. Убежище они нашли на землях империи, но с той поры представляли перманентную угрозу Риму. В конечном счете, вестготы захватили Галлию и Иберию (Испанию), а остготы – Иллирию и Италию. Не отставали и другие племена: франки, вандалы, англо-саксы, бургунды, герулы, руги, гепиды, лангобарды, фризы...
Участие древних германцев в многочисленных войнах и частая перемена мест сказалась на социальной структуре. У этих племен не сохранилось древнего индоевропейского сословия жрецов и религиозные обряды выполнялись вождями, либо наиболее уважаемыми людьми. В силу этого, а также ранней христианизации (которая на континенте проходила не столь мягко), германская мифология не дошла до нас в своем первозданном виде. Зато сохранился ее скандинавский вариант.
Скандинавские племена за исключением готов не приняли участие в Великом переселении народов. В эти годы они проявляли относительное миролюбие. Предки шведов образовали сильную Свейскую державу (описанную еще Тацитом). С 5 в. н. э. она входит в полосу экономического и культурного расцвете – так называемый Вендельский период. Культурные связи скандинавов распространяются от Британских островов до Средней Волги. В искусстве сложился международный “вендельский стиль”, в котором прослеживаются и римское и восточное (сарматское) влияние. Особое значение для его создания имела ирландская традиция. Посредниками между скандинавами и кельтами в это время, видимо, выступали англо-саксы. Но подлинным центром нового искусства, охватывавшего европейский континент до Франкской державы и лангобардской Италии была Швеция и такие ее центры, как Упсала, Хельге, Вальсъерде, Вендель.
Однако, период процветания и относительного покоя сменило событие, напомнившее эпоху Переселения народов и получившее название “движение викингов” (само слово "викинги" происходит то ли от “вик” – “бухта, залив”, то ли от “викингр” – “пират, налетчик”). Жертвами их набегов стали Англия, Ирландия, Франция, Северная Германия, Пиренейский полуостров, Южная Италия. Известна значительная, хотя и неоднозначная роль викингов в создании Киевской Руси.
Викинги открыли и заселили Исландию. Ее освоение имело ключевое значение для сохранения скандинавской мифологии. Здесь надо иметь в виду, что культура викингов развивалась уже в христианское время, представляя своего рода “запоздалые цветы северного язычества”. Втягивание скандинавов в жизнь континентальной Европы влекло за собой их крещение, нередко сопровождавшееся культурными эксцессами. В Исландии же этот процесс происходил сравнительно мирно (как и в Ирландии), здесь долгое время процветало двоеверие, а затем древние боги перешли в разряд поэтических метафор.
С точки зрения сохранности мифологии скандинавы подобны кельтам. С одной стороны, это грандиозный пласт языческого декоративно-прикладного искусства, относимого к нескольким историческим периодам. Наиболее значительными из этих периодов явились: Период великого переселения народов (3 – 5 вв. н. э.), оставивший знаменитые брактеаты – золотые бляхи, носимые на шее; Вендельский период (5 – 8 вв. н. э.) с его великолепно украшеным оружием; Век викингов (конец 8 – 11 вв.), когда были созданы знаменитые изображения на камнях и памятники деревяной резьбы.
С другой стороны, это тексты. Скандинавы имели Исландию, ставшую для них таким же резерватом мифологии, каким для кельтов явилась Ирландия. (Вообще замечено, что на островах чаще сохраняются реликтовые формы, и не только культуры, но и природы). И вновь, позитивную роль здесь сыграло христианство с его традиционной ученостью. В 13 в. н. э. В Исландии были созданы две замечательные книги. Это "Старшая Эдда" и "Младшая Эдда". Первая представляет анонимный сборник мифологических, эпических и дидактических песен. Вторая, принадлежащая перу знаменитого Снорри Стурлусона и являющаяся по замыслу учебником скальдической поэзии, по сути, есть прозаическое и структурированное переложение значительного корпуса мифов. При этом очень важно, что обе "Эдды" включают важнейшие креативные и эсхатологические мифы. К этим памятникам примыкает и “Деяния датчан” датского историка Саксона Грамматика (также упоминающего древни богов, хотя и в эвгемерическом ключе) и ряд скальдических стихов. Временной разрыв между текстуальным и изобразительным материалом не столь велик как у кельтов, что также облегчает изучение мифологий.
Алексей Фанталов
Взято с сайта История и мифология германо-скандинавов
Однако, германские племена не желали покоряться и собственным королям. Арминий погиб в междоусобице, а Маробод был изгнан. На два с половиной века между империей и Свободной Германией установилось равновесие сил, прерываемое, конечно, конфликтами.
Новая эпоха наступила в середине 3 в. н. э. – так называемое Великое переселение народов. Рим находился в состоянии политического коллапса, а среди германцев появились молодые агрессивные народы, которых Л. Гумилев считал порождением пассионарного толчка: алеманны, готы и франки. Последним двум было суждено большое будущее. Согласно готскому историку 6 века Иордану, остготы, вестготы и вандалы происходили из Южной Скандинавии. Они высадились в устье Вислы и постепенно продвинулись до Черного моря. Затем готы, использовав боспорские корабли, разграбили Элладу и побережье Малой Азии. В 4 веке, на территории Восточной Европы существовала обширная держава Эрманариха. Однако готы не поладили со многими местными этносами (за исключением аланов) и были изгнаны гуннами. Убежище они нашли на землях империи, но с той поры представляли перманентную угрозу Риму. В конечном счете, вестготы захватили Галлию и Иберию (Испанию), а остготы – Иллирию и Италию. Не отставали и другие племена: франки, вандалы, англо-саксы, бургунды, герулы, руги, гепиды, лангобарды, фризы...
Участие древних германцев в многочисленных войнах и частая перемена мест сказалась на социальной структуре. У этих племен не сохранилось древнего индоевропейского сословия жрецов и религиозные обряды выполнялись вождями, либо наиболее уважаемыми людьми. В силу этого, а также ранней христианизации (которая на континенте проходила не столь мягко), германская мифология не дошла до нас в своем первозданном виде. Зато сохранился ее скандинавский вариант.
Скандинавские племена за исключением готов не приняли участие в Великом переселении народов. В эти годы они проявляли относительное миролюбие. Предки шведов образовали сильную Свейскую державу (описанную еще Тацитом). С 5 в. н. э. она входит в полосу экономического и культурного расцвете – так называемый Вендельский период. Культурные связи скандинавов распространяются от Британских островов до Средней Волги. В искусстве сложился международный “вендельский стиль”, в котором прослеживаются и римское и восточное (сарматское) влияние. Особое значение для его создания имела ирландская традиция. Посредниками между скандинавами и кельтами в это время, видимо, выступали англо-саксы. Но подлинным центром нового искусства, охватывавшего европейский континент до Франкской державы и лангобардской Италии была Швеция и такие ее центры, как Упсала, Хельге, Вальсъерде, Вендель.
Однако, период процветания и относительного покоя сменило событие, напомнившее эпоху Переселения народов и получившее название “движение викингов” (само слово "викинги" происходит то ли от “вик” – “бухта, залив”, то ли от “викингр” – “пират, налетчик”). Жертвами их набегов стали Англия, Ирландия, Франция, Северная Германия, Пиренейский полуостров, Южная Италия. Известна значительная, хотя и неоднозначная роль викингов в создании Киевской Руси.
Викинги открыли и заселили Исландию. Ее освоение имело ключевое значение для сохранения скандинавской мифологии. Здесь надо иметь в виду, что культура викингов развивалась уже в христианское время, представляя своего рода “запоздалые цветы северного язычества”. Втягивание скандинавов в жизнь континентальной Европы влекло за собой их крещение, нередко сопровождавшееся культурными эксцессами. В Исландии же этот процесс происходил сравнительно мирно (как и в Ирландии), здесь долгое время процветало двоеверие, а затем древние боги перешли в разряд поэтических метафор.
С точки зрения сохранности мифологии скандинавы подобны кельтам. С одной стороны, это грандиозный пласт языческого декоративно-прикладного искусства, относимого к нескольким историческим периодам. Наиболее значительными из этих периодов явились: Период великого переселения народов (3 – 5 вв. н. э.), оставивший знаменитые брактеаты – золотые бляхи, носимые на шее; Вендельский период (5 – 8 вв. н. э.) с его великолепно украшеным оружием; Век викингов (конец 8 – 11 вв.), когда были созданы знаменитые изображения на камнях и памятники деревяной резьбы.
С другой стороны, это тексты. Скандинавы имели Исландию, ставшую для них таким же резерватом мифологии, каким для кельтов явилась Ирландия. (Вообще замечено, что на островах чаще сохраняются реликтовые формы, и не только культуры, но и природы). И вновь, позитивную роль здесь сыграло христианство с его традиционной ученостью. В 13 в. н. э. В Исландии были созданы две замечательные книги. Это "Старшая Эдда" и "Младшая Эдда". Первая представляет анонимный сборник мифологических, эпических и дидактических песен. Вторая, принадлежащая перу знаменитого Снорри Стурлусона и являющаяся по замыслу учебником скальдической поэзии, по сути, есть прозаическое и структурированное переложение значительного корпуса мифов. При этом очень важно, что обе "Эдды" включают важнейшие креативные и эсхатологические мифы. К этим памятникам примыкает и “Деяния датчан” датского историка Саксона Грамматика (также упоминающего древни богов, хотя и в эвгемерическом ключе) и ряд скальдических стихов. Временной разрыв между текстуальным и изобразительным материалом не столь велик как у кельтов, что также облегчает изучение мифологий.
Алексей Фанталов
Взято с сайта История и мифология германо-скандинавов
Подписаться на:
Сообщения (Atom)
